О визите Президента Российской Федерации В.Путина в Египет

Комментирует Сергей Демиденко, председатель Экспертного совета по развитию отношений c Китаем и странами Востока НИИ КПУ.

9 и 10 февраля 2015 года Президент Российской Федерации В.Путин посетил с официальным визитом Арабскую Республику Египет. В ходе переговоров с главой Египта Абдель Фаттахом Ас-Сисси были достигнуты договоренности по многим вопросам двустороннего экономического сотрудничества. В частности, одним из важнейших достижений переговоров эксперты называют договоренность межу Росатомом и министерством электрификации и возобновляемых источников энергии АРЕ о начале крупного проекта — строительстве первой египетской АЭС (предполагаемая мощность — от 1 тыс. до 1,2 тыс. мегаватт, место — населенный пункт Дабаа к западу от Александрии). Кроме того, принято решение о создании зоны свободной торговли между Египтом и Евразийским экономическим союзом. При этом Москва и Каир рассматривают возможность перехода на расчеты в национальных валютах (по словам главы Минэкономразвития РФ Алексея Улюкаева, Центробанки РФ и Египта уже в самое ближайшее время могут приступить к обсуждению данного вопроса).

Египет, вне всякого сомнения, — ключевая страна арабского мира, и развитие контактов с ней чрезвычайно важно для любого государства, желающего укрепить свои позиции на Ближнем Востоке. С этой точки зрения линия нашей страны, желающей восстановить своей международный престиж после упадка 90-х гг., можно расценивать как весьма правильную. Верным также видится и упор в сотрудничестве с ближневосточными державами в первую очередь на экономику (принесение в жертву связей хозяйственных решению геополитических проблем в свое время сыграло в этом регионе с нашей страной злую шутку — в 1973 году тогдашний президент Египта А.Садат принял решение выдворить с территории своей страны всех советских военных инструкторов. Затем последовали, правда, после войны Судного дня, переговоры с Израилем и окончательное включение Каира в орбиту влияния Соединенных Штатов). Однако, расширяя связи с Египтом, нам необходимо помнить, что страна эта в высшей степени нестабильна, что, собственно говоря, и подтверждается чередой военных переворотов, произошедших там с начала 2011 года. Оставляя в стороне вопросы политические (борьбу с терроризмом, ограничение глобального влияния США и т.д.), следует отметить, что потенциальных российских инвесторов ждет в АРЕ большое количество сложностей, если не сказать опасностей.

Для начала несколько цифр и фактов. Дефицит бюджета АРЕ еще недавно составлял примерно 25 млрд. долларов США, а общий долг исчислялся цифрой более чем в 200 млрд. долларов США. Золотовалютные резервы страны на протяжении последних «революционных» лет постоянно таяли (до 15 млрд. долларов), а национальная валюта — египетский фунт — обесценивалась (в январе 2015 года курс фунта приблизился вплотную к отметке восемь фунтов за американский доллар). В этой связи Цетнробанк АРЕ рассматривает возможности введения «плавающего» курса фунта, в связи с чем значительно сократил в последние месяцы размеры своих валютных интервенций (со всеми вытекающими отсюда социальными последствиями). Политическая нестабильность вкупе с экономическими трудностями привели к оттоку из страны иностранных инвесторов. Большинство экспертов оценивают ситуацию на этом направлении как плачевную (уровень инвестиций — нулевой). Несколько успокоил Египет кредит в размере 12 млрд. долларов, предоставленный ему Саудовской Аравией и союзниками Эр-Рияда в Персидском заливе. Однако и этих денег надолго не хватило.

В сложившихся условиях президент АРЕ А.Ф.Ас-Сисси всеми силами стремится исправить ситуацию, реформируя энергетический сектор Египта и повышая налоги. Параллельно идет подготовка к мартовской конференции, на которой будут представлены десятки инфраструктурных проектов для привлечения иностранных капиталовложений. Визит российского лидера стал для рушащейся экономики самой густонаселенной страны Арабского мира неким шансом на спасение. Здесь и возможные крупные инвестиции в энергетический сектор, здесь и выход на рынок АРЕ солидных российских игроков, здесь и закупки Россией египетской сельскохозяйственной продукции (и поставки в Египет нашей пшеницы).

Даже самый беглый взгляд на проблему взаимоотношений Египта и России в экономической области свидетельствует в пользу того, что мы нужны Каиру гораздо больше, нежели он нам. Конечно, взаимные расчеты в национальных валютах могут серьезно укрепить международный престиж рубля (равно как и способствовать стабилизации рушащегося фунта), однако вот насколько далеко зайдет экономическое сотрудничество по линии частного предпринимательства в дальнейшем? Ведь риски в АРЕ для отечественного бизнеса крайне высоки, а главным из них является то, что при существующей египетской социально-экономической модели, Каир обречен на еще не один год нестабильного существования. Будет ли российский бизнес вкладываться в страну, где так высока вероятность кризиса и нового переворота? На мой взгляд, ответ очевиден.

То есть сейчас еще очень рано оценивать радужность перспектив взаимной торговли и увеличения товарооборота. Все будет зависеть от того, насколько эффективными окажутся усилия Ас-Сисси и экономического блока его правительства в деле реформирования народного хозяйства АРЕ. Если новое военное руководство страны опять побежит по заколдованному кругу приватизации, девальвации фунта и внешних займов без кардинальных перемен заскорузлой структуры насквозь коррумпированной экономики, Египет вновь ждут новые перевороты, социальные потрясения и экономические кризисы. Если же руководство молодого (относительно) амбициозного президента нащупает узкую дорожку стабилизации и уверенно на нее ступит, развитие российско-египетских бизнес-контактов получит существенный импульс.

А потенциал для сотрудничества имеется. И весьма значительный. Египет — это и колоссальный рынок сбыта для наших товаров (в первую очередь не очень дорогих, так как уровень жизни здесь крайне невысок), это и возможности для инвестирования в энергетические и инфраструктурные (расширение Суэцкого канала) проекты, и вложения в обрабатывающую промышленность.

Одним словом, Москве и Каиру есть о чем поговорить, но вот, к сожалению, в том, насколько конструктивным этот разговор окажется, не все зависит только от нас. Бизнес не будет серьезно рисковать (это мы видим, например, в Иране), ему нужны стабильные условия функционирования. Если правительство Ас-Сисси не сумеет их обеспечить, то договоренности, достигнутые даже на самом высоком уровне, так и останутся лишь декларацией о намерениях. И здесь, как говорится, ничего личного.